tg —— vk —— fb —— ig
рубрика недели: Золотой век еврейской поэзии
3
Шломо ибн Гвироль
Подготовил Ваня Середич

Детство Шломо ибн Гвироля, родившегося в Малаге, на самом юге Андалусии, омрачили события катастрофические — в 1031 году последний халиф Кордовы Хишам III был свергнут с престола и изгнан, а Кордовский халифат распался. Возможно, эти события обусловили переезд семьи поэта в Сарагосу, столицу одного из многих молодых эмиратов. Раздробленность привела к рассеянию еврейской диаспоры. Пока Шмуэль га-Нагид обустраивал жизнь общины в Гранаде, на другом конце Испании ибн Гвироль был вынужден употреблять свой дар в услужение меценатам, что тяготило его безмерно.

Возмущение несправедливостью, болезненно обнажённое «Я», часто выступающее в противовес обществу — патологические черты его поэзии. Эти темы всегда сочетаются в тексте с иным — с обращением к Богу и страстной верой. Именно вера питает одно из важнейших произведений ибн Гвироля — поэму «Кетер Малхут», «Царскую Корону» (полностью переведена на русский прозой, стихами — фрагментарно). О другой, светской, почти анакреонтической стороне его творчества свидетельствует, например, название следующего стихотворения: «О том, как на пиру у некоего Моисея кончилось вино».

Помимо занятий литературой, славу ибн Гвироль снискал на поприще философском, притом не столько традиционными комментариями к Библии, сколько трактатом совершенно иного типа. «Мекор хаим», «Источник жизни», переведённый в своё время на латынь, оказал существенное влияние на культуру Европы — этот трактат изучали, к примеру, Аквинат и Джордано Бруно.

Философские штудии и мистические настроения, предвосхитившие каббалу, вероятно, породили бесчисленные недобрые слухи об ибн Гвироле. По какой бы то ни было причине, сарагосская еврейская община приказала ему покинуть город; в изгнании, при неизвестных обстоятельствах, он и умер.
***

Древний корень Давида, надолго ль могильной плитой
Ты сокрыт под землёю, бесплодный, окутанный тьмой?
Внемли звукам весенним и к солнцу пробейся ростком.
Неужели навеки царю суждено быть рабом?
Кто Всевышнему предан —забит и унижен в неволе,
Кто хитрей и наглей — гордо ныне сидит на престоле.
Вот уж тысячу лет я в изгнании, филину друг,
По пустыне скитаюсь, мой путь словно замкнутый круг.
Возвести же конец мне, ангел святой Даниила!
Не разверзлись уста. Скрыт конец.
Жизнь, как прежде, постыла...

перевод Якова Либермана
Made on
Tilda